мне хочется уйти, убраться туда, где я в самом деле окажусь на своём месте; на месте, где я придусь как раз кстати.

Просто зажмурься - и всё исчезнет
06.06.18
Неужели рядом были когда-то мужчины, которые имели наглость говорить, что нашу дочь назовём только так, как звали его первую несбывшуюся любовь?

Неужели я когда-то могла не посылать сходу того, кто писал моё имя с маленькой буквы, потому что влом тянуться к клавише?

Неужели я могла заткнуть себя до такой степени, чтобы слушать помойные помои, типа "не готов к серьёзности", "мы можем быть свободными любовниками, пока не встретим пару", "я почти влюбился", "заинтересуй меня", "я женюсь на тебе лет через 5", "ты такая хорошая, слишком хорошая для меня" и не влепить по чужому лицу?

Неужели я могла расчёсывать волосы, красить глаза, застёгивать рубашку по пуговице, зная, что меня даже не будут целовать?

Неужели я умела когда-то быть настолько смиренной, чтобы ждать перезвона, пока оценит, поймёт, пока распробует?

Умения, которые делают нас рабами и плебеями, надо выжигать. Пылким самоуважением и горячими принципами, текилой с солью, матами, разрывами по живому, но никак не слезами из-за тех, кто заслуживает только кровяной юшки из собственного носа.

— Карина Доронина